Украденный в Киеве "Огненный" топаз, вероятно, разрежут для продажи
ИЗВЕСТИЯ ; 04.02.1997 ;

Украденный в Киеве "Огненный" топаз, вероятно, разрежут для продажи

Янина СОКОЛОВСКАЯ

02/04/97

Подробности

Топаз украли глухой ночью 28 января прямо из комнаты-сейфа Украинского геологического музея. Уникальный, 39-килограммовый, камень исчез загадочно и бесследно - шестидневные поиски, проводимые полусотней милиционеров, оперативниками СБУ и собакой, не принесли результатов. Вместо топаза музейным работникам осталась лишь инвентарная карточка за номером 2109/1. Между тем, профессура Академии наук Украины утверждает: топаз, подобных украденному, по сочетанию большого веса, ювелирной чистоты и редкого цвета нет ни в одном музейном собрании мира. За уникальный ярко-оранжевый цвет камень прозвали "Огненным".

Его похищению предшествовала череда странных событий: сначала из зала Геологического музея средь бела дня исчез 48-килограммовый топаз - видимо, камень украли по ошибке, он был мутным, некондиционным и потому неценным. Затем топазы стали пропадать в других музеях: Киевского и Львовского университетов, геологического техникума. Видимо, преступники искали "Огненный", но он был спрятан в камере-сейфе Геологического музея, где стены обшиты железом и окна зарешечены. Простые смертные в этот "сейф" не допускались. Директор музея Юрий Русько открывал заветные двери только для правительственных делегаций, и то - изредка.

Вечером, накануне пропажи "Огненного", в "сейфе" сработала сигнализация. Примчавшийся в 18.29 наряд милиции ничего странного не обнаружил - с тем и отбыл. Вновь выдать спецкомнату под охрану Юрию Алексеевичу не удалось - в ней внезапно отключился телефон. Лихорадочные звонки на АТС и просьба к милиции выставить охрану остались безответными. Вся надежда была на престарелого отставного полковника-вахтера и русское "авось". Но "авось" не сработало, а полковник не услышал преступного шума и не позвонил в милицию.

Пропажу обнаружил Юрий Русько на следующий день:

- Коллега, заглянувший с утра, поинтересовался, что за алюминиевые лестницы тянутся к окнам "сейфа". Я - похолодел, вскрыл спецкомнату - по ней кружила метель из разбитого окна, а "Огненный" исчез. Вызванная мною милиция выяснила, что преступников было, как минимум, двое. Они проникли в "сейф" около четырех утра: поднялись по двум приставным лестницам, взломали замок на решетке и выбили окно. Внизу, у музейной стены, их ждала машина. Они знали, что брать: "Огненный" стоял в дальнем углу в окружении других, чуть меньших, топазов и бериллов. Но воры забрали только уникальный камень.

Теперь, насколько мне известно, оперативники разрабатывают две версии: похищение топаза ради вывоза за рубеж или воровство по заказу тайного отечественного коллекционера. Не исключено, что камень окажется в собрании одного из коммерческих банков - нынче стало модным вкладывать деньги в диковинные вещицы.

Евгений Шнюков, академик и директор Центрального научно-природоведческого музея, которому подчиняется Геологический, настроен пессимистически: мол, скорее "Огненный" по частям уйдет за границу, чем его найдут украинские спецслужбы. Каждый грамм этого уникального камня стоит два доллара. Преступникам выгодно его разрезать.

Пропажа камня очень болезненна еще и потому, что он - исконное достояние страны: был найдет на Украине в 180 километрах от Киева в 1976 году. Но исчезновение его закономерно. "Известия" не так давно писали о плачевном состоянии сейфов и охраны украинских музеев, но тогда мы удостоились шквала недовольных звонков и писем музейных работников. Жаль, но мрачные прогнозы оправдались.

Теперь, сказал Евгений Шнюков, он обязан "усилить" охрану своих музеев: сохранить их общий штат до 26 человек. Такова финансовая необходимость. О найме милиционера-охранника не может быть и речи. Чтобы сберечь "сейф", Юрий Русько - директор, профессор и отличный стрелок - намеревается сам стать под ружье. Параллельно он решает сугубо научную задачу: где бы достать замену замку, сломанному ворами.

КИЕВ.