ИЗВЕСТИЯ ; 18.03.1995 ; 50 (24409) ;

ИВАНОВ ПРОТИВ ВЕЧНОЙ БОЛЕЗНИ

   ЯНИНА СОКОЛОВСКАЯ, "ИЗВЕСТИЯ"

   В одном из спальных, самых отдаленных и грязных районов
Киева под универсамом старательно вышагивают, утаптывая снег,
двое. Под торговой точкой, где привыкли собираться все больше
по трое и "на троих", эта пара выглядит странновато и невольно
притягивает взгляд. Один - явно профессорского вида в потертом
сером пальто и видавшей виды ушанке. Другой, бурно жестикулирующий,
в кожаной куртке и с массивным золотым перстнем на пальце,
очень похож на представителей нового украинского класса коммерсантов.
Что между этими людьми общего, понять было невозможно - как
ни приглядывайся.
   ИВАНОВ
   Убить рак пытались многие ученые и медики, придумывали
разные способы, о передовых достижениях на антираковых фронтах
читали лекции, проводили научные конференции. Но стопроцентно
и с гарантией излечивающая "живая вода" не обнаруживалась.
   Однажды лекцию о бессмертии рака прослушал студент-первокурсник
Саша Иванов. Только в отличие от коллег-однокашников и седой
профессуры его взволновал другой вопрос: если эта клетка не
умирает и бесконечно делится, значит в ней скрыт секрет бессмертия.
Разгадать его, понять заложенный природой механизм - и человек
сможет жить вечно.
   Александр Иванов еще студентом загорелся идеей найти средство
для лечения рака. Поехал в Москву, в аспирантуру - чтоб как
следует поразмыслить, поэкспериментировать и в сжатые сроки
взять непокорную тему штурмом. Искал он долго и мучительно,
поставил множество опытов, в бешенстве от неудач разорвал
и выбросил сотни бумаг с расчетами, но тема не поддавалась.
Каждый раз возникало нечто, перечеркивающее все предыдущие
планы и надежды.
   "Тогда по молодости я был слишком самонадеянным", - теперь
грустно вспоминает профессор, доктор наук Александр Павлович
Иванов.
   Решить проблему с наскока не удалось, и Иванов вернулся
в Киев, ушел в фундаментальную науку, дослужился до завотделом
института биохимии, сделал себе имя в научном мире. Успокоился,
но только внешне.
   В свой отдел Александр Павлович набрал ребят - честолюбивых,
одержимых и ищущих, мечтающих свершить великие открытия.
   Мечты сбылись. Случайно ученые изобрели препараты, продлевающие
жизнь и излечивающие рак. "Подходы к этой теме лежали на поверхности

- просто слишком долго не обращали на них внимания. Нам пришлось
только обобщить результаты наших старых исследований и новые
публикации в научных журналах", - рассказывает Александр Павлович.
Он догадался, как нужно расщепить белок, чтобы он восстановил
жизненные функции организма.
   Новый препарат производили из эмбриональных тканей овечек,
свиней, коров, на этих же животных и испытывали. Результаты
оказались потрясающими: домашние твари катастрофически быстро
набирали вес, усиленно плодились и размножались до их глубокой
старости. Препарат назвали "Биофонд".   
   Официально. По данным Минсельхоза Украины: "Применение
" Биофонда " увеличивает прирост живой массы у поросят более,
чем на 30 процентов, у крупного рогатого скота - на 24 процента.
Проявление препаратом антивирусного и антибактериального действия
снизило использование в хозяйствах антибиотиков".   
   В колхозах "Биофонду" не могли нарадоваться - привесы и
приплоды сказочно росли, принося нежданные миллионные прибыли.
   Уже следующая придумка "ивановцев" оказалась более совершенной
и могла быть использована человеком. Из того же исходного
материала создали "Пропес" - лекарство, возрождающее иммунитет
и помогающее убивать раковые клетки.
   Сейчас закончилась первая фаза клинических испытаний разработки
"ивановцев".    Они проводились в трех медучреждениях: в Киевском
центре хирургии печени, в отделении системных заболеваний
Украинского НИИ онкологии и радиологии Минздрава Украины и
в лаборатории противоопухолевой терапии института онкологии
и радиобиологии украинской академии наук.
   Официально. Согласно заключению главного химиотерапевта
Минздрава Украины, профессора, доктора медицинских наук И.Касьяненко,
проявлений токсичности аппарата не обнаружено. "Пропес" увеличивает
функциональную активность естественных киллеров. По данным
экспериментальных исследований, препарат обладает высокой
противоопухолевой активностью.
По мнению профессора, доктора медицинских наук, руководителя
научно-исследовательского отделения Украинского НИИ онкологии
и радиобиологии Л.Киндзельского, "Пропес", возможно, пригоден
для лечения лучевой болезни, что очень важно для послечернобыльской
Украины.
   Препараты аналогичные "Пропесу" несколько лет назад были
изобретены во Франции и Японии. Но, по свидетельству медиков,
в отличие от зарубежных, препарат "ивановцев" не токсичен
и не имеет противопоказаний. У "Пропеса" есть  и еще один
плюс - у принимавших его пациентов онкологических клиник исчезали
боли.
   Спустя несколько месяцев Иванов придумал более совершенный
по его мнению препарат "Пропес-2".   
   Живя на зарплату, за которую мог купить две бутылки водки
и полкило "собачьей радости", Иванов добывал реактивы всеми
правдами и неправдами. Тритонов для опытов ловил лично - сачком
в лужах. О получении патента на свои разработки даже не заикался

- оплатить проверочные клинические испытания было не под силу.
   Александр Павлович по этому поводу не переживал - к изобретению
проявили интерес фармацевтические фирмы Голландии, Венгрии,
Болгарии. Хотели расшифровать химическую формулу. Затем предложили
купить Иванова оптом - со всеми черновиками, разработками
и задумками. Чем подманить, знали: ему обещали дорогие приборы
и реактивы, сотрудникам - достойные зарплаты.
   Иванов не соглашался на удивление стойко. Во-первых, не
хотелось терять права на свои детища. Во-вторых, возникали
мысли о Чернобыле и чернобыльцах, косяком идущих к нему за
"волшебными ампулами".    Скрепя сердце, Иванов отказался от
заманчивых предложений и остался бедовать в родном институте.
И так бы наверно прожил еще много лет, если б некий диверсант,
тайком и под покровом ночи проникший в его лабораторию, не
выкрал самое ценное, что было у Иванова - его любимый хромотограф.
Дальнейшие исследования стали невозможными. Александр Павлович
решил продать свои разработки - кому угодно, лишь бы подороже.
Но когда профессор уже обмакнул перо, чтобы подписать первый
в своей жизни контракт, его схватил за руку некто неизвестный
с золотым перстнем на пальце.
   Странный альянс
   Тогда Иванова удержал мало известный украинский бизнесмен
Владимир Яковлевич Найштетик. Производство лекарств от рака
было выгодной и никем не занятой нишей в бизнесе. Тогда-то
Владимир Яковлевич и начал свои прогулки под универсамом с
Александром Павловичем - благо оба жили рядом. Иванов ставил
железные условия: фирма должна заниматься только наукой, и
больше - ничем. Образовавшийся альянс назвали "НИР" - научно-
исследовательские разработки.
   Двух более противоположных и несовместимых людей, чем Иванов
и Найштетик, трудно себе представить. Александр Павлович - 
интеллигент в пятом колене, потомственный ученый.
   Если Иванов по своему бессеребреничеству ушел с головой
в науку, отгородившись от мира ширмочкой, "крученный" Найштетик
пытался на всем делать деньги. Ходил по домам детей фотографировал,
"раньше времени начал перестройку", в 1985  открыв в Киеве
кооператив. Чего там только не делали: и строили, и ремонтировали,
и торговали.
   Владимир Яковлевич быстро смекнул, на чем можно получить
максимальную выгоду и когда понадобились средства для создания
"НИРа", без страха продал свою квартиру. За жертву ему воздалось
вдвойне.
   Иванова не интересует, откуда берутся деньги на
его разработки. Главное, что Найштетик сделал то, что не смогло
государство: купил реактивы, приборы, сплотил все расходы
по клиническим испытаниям и патентованные препараты, дает
сотрудникам достойные их зарплаты и не мешает работать.
   Расцветшие "ивановцы" взялись за создание новых лекарств.
Союз двух собственностей - интеллектуальной и частной - оказался
счастливым. Но для Украины это - лишь редкое исключение из
правил. Закономерность выглядит совсем по-другому.
"Государство в наших разработках не заинтересовано"
   О находках Иванова в Министерстве здравоохранения Украины
мало что известно. Как пояснила председатель его фармакологического
комитета Надежда Шарыкина, препараты "НИРа" сейчас проходят
очередную апробацию. Но финансировать дальнейшие разработки
"ивановцев" Минздрав не в состоянии - нет средств.
   Александр Павлович смирился с таким положением: "иначе
быть не могло, госчиновникам